Tags: СССР

Oh, those Russians!



Привет советским воинам от британских союзников, борющихся с ними... В этой забавной двусмысленности, порождённой искренней, но неудачной попыткой обратиться к союзнику на его родном языке, - в этой двусмысленности, наверное, вся суть российско-англосаксонских отношений: даже когда эти два мира бывали союзниками, они не переставали бороться друг с другом... Несколько иллюстраций к истории российско-англосаксонских отношений.






1813 г. Возможно, первый русский медведь в американской прессе. Америка принимает участие в попытках завершить наполеоновские войны. (Если честно, никогда о таком не слышал.) Слева - Джон Буль (то есть Англия).


Collapse )

О пене для бритья, рекламе и "теории заговора"...



Подпись под этой фотографией, широко известной на загнивающем Западе, гласит: "Вопреки тому, что думают некоторые люди, реклама не может заставить вас купить то, что вам не нужно".

С одной стороны, вроде бы типичная софистическая уловка. Что значит это "нужно" или "не нужно"? Откуда то и другое берётся? Если постараться (и стараются, очень стараются), то можно сделать так, что станет "нужным" то, без чего не составило бы труда обойтись... С другой стороны, чтобы все эти рекламные старания принесли свои кисло-сладкие плоды, мы должны быть изначально уже настроены на определённую "волну".

Ну вот, предположим, инфразвук - мы его чувствуем, но не слышим, и если бы кто-нибудь с нами попытался поговорить в инфразвуковом диапазоне, то ничего из этого разговора, естественно, не вышло бы. Так и с рекламой. Чтобы работали все её бесконечные сигналы, импульсы, ловушки, манипулятивные приёмы, побуждающие нас отказаться от "быть" ради "иметь" (смотрим у Эриха Фромма), - чтобы вся эта "машинерия" работала, мы должны потенциально, социально-генетически быть предрасположенными к такому выбору. Эта предрасположенность возникла не одновременно с "Кока-Колой", "Мальборо" или "Фордом", а несколько раньше, - когда, начиная с Ренессанса, постепенно, на смену многовековой средневековой иерархии, пришло непрерывно разрастающееся "броуновское движение" относительно свободных индивидов, не укоренённых в незыблемых социальных ячейках. Желание "показать себя", "пустить пыль в глаза", желание "если не быть, то казаться", - не продукт, не результат рекламной обработки, а напротив - предпосылка этой обработки. Без индивида-"атома", не скованного иерархией и традициями; без индивида-"атома", до появления которого никому и в голову на протяжении веков не приходило покупать, завладевать чем-то, чтобы казаться тем, кем на самом деле не являешься, - без этого индивида-"атома" всё нынешнее рекламное воздействие было бы никому не нужной попыткой вести разговор на инфразвуковых частотах...

Эта "внутренняя", "рецептивная" составляющая  механизма манипуляции (рекламной, политической) нередко по той или иной остаётся вне поля зрения, что серьёзно искажает понимание вопроса. Если "не замечать" предрасположенности объекта к внешнему воздействию, то легко представить всё в приятной конспирологическому взору чёрной-белой гамме. 1) "Мы" были "хорошими", "чистыми", "здоровыми", "исконными"; 2) "Они" - "плохие", "грязные", "растлённые" - подкрались и "заразили", "испортили" нас, подчинили нас своей воле; 3) после того как "Мы" воспрянем и своей суздальской или муромской десницей оттаскаем "Их" за их козлиные бородки, за их пейсы, "Мы" вновь, как ни в чём не бывало, станем "хорошими", "чистыми", "здоровыми", "исконными".

Когда, допустим, Кара-Мурза, этот плакальщик и одновременно гимнопевец "золотого советского века", рассуждает об этом самом "золотом веке", он, надо полагать, принципиально (иначе вся картина "поплывёт") не принимает во внимание, что многие черты столь омерзительного взору Кара-Мурзы (и его единомышленников) homo postsoveticus зародились ещё в лоне советского строя. Причём зародились не в результате отклонения от какой-то "единственно верной линии", но напротив - в результате до поры до времени успешного проведения этой "линии". Кара-Мурзе нравится, что СССР был обществом с одним из наиболее высоких показателей социальной мобильности? С бурно развивающейся промышленностью, с растущими городами, с множащимися рядами образованных граждан? Ну вот, а в качестве довеска к этим "литым", "многотонным" победам получаем уже упоминавшихся людей-"атомов", которые, как только позволили условия, ещё под сенью кумачовых знамён занялись тем, чем, с точки зрения социально-психологической, они не могли не заняться: "самопрезентацией", поиском престижных вещей, "показным потреблением" (примеры ищем у Вайля и Гениса). Но, конечно, при желании, чтобы глаз не резало, можно всё это мельтешение быстренько заслонить чёткой чёрно-белой конспирологической картинкой "Растление невинных"...

Волна длиной в 65 лет



Сегодня прекращает своё вещание один из легендарных вражеских "голосов" времён "холодной войны" - Русская служба Би-Би-Си. Смолкает одна из сирен, из-за "железного занавеса" обольщавших совграждан. Дэвид Ремник из "Нью-Йоркера" писал: "В шестидесятые-семидесятые [в СССР] интеллигент, как правило, совершал своё первое антисоветское деяние, покупая приличный радиоприёмник - или изготовленную в советской Латвии  "Спидолу", или, если повезёт, немецкий "Грюндиг" - и пытаясь слушать иностранные "голоса"".

"Грюндиг" обессмертил Высоцкий: "У него приёмник "Грюндиг". Он его ночами крутит - ловит, контра, Фэ-Эр-Ге..." Что же касается отечественной "Спидолы", то один такой транзисторный радиоприёмник в эпопее о Резиденте с 1968 по 1986 "эстафетной палочкой", как безошибочно опознаваемый символ антисоветчины, как коротковолновый ящик Пандоры, переходил от одного шпиона (диверсанта, фашистского недобитка) к другому. Время было другое. Вещи означали другое. И радиоволны доносили другие слова.

Мелодии и ритмы зарубежных стран



Какая глубина, какая схоластическая точность определений! Религиозное мракобесие и религиозный мистицизм, секс и эротизм, насилие, садизм и вандализм, антисоветская пропаганда и конкретно - извращение внешней политики СССР (это наверняка по поводу Get your filthy hands off my desert 1983 года). Можно подшить к средневековому католическому "прейскуранту" платного отпущения грехов...

Яркое солнце светит над Парижем, но оно не радует парижан



Холодная война. Всюду враги. Нацепив фальшивые кабаньи копыта, они крадутся через контрольно-следовую полосу на советской границе. Они ползут под колючей проволокой. Проползут и, прильнув к экранам советских телевизоров, начнут высматривать, что тут у нас и как. Начнут выведывать, чем живёт и дышит социалистический лагерь. Поэтому, чтобы их запутать, руководство Гостелерадио СССР принимает решение: скрыть от лазутчиков все названия советских республик и стран народной демократии, а также названия их столиц. Пусть гадают, пусть скрежещут зубами, пусть в бессильной злобе ломают голову, где Украинская ССР, где социалистическая Румыния, где первое народное государство на немецкой земле, а где Будапешт.